Версаль Франция — настоящий образец подлинного величия страны

zejcryj

Версаль — настоящий образец французского стиля и подлинного величия страны. Таким его сделал Людовик XIV. С 1661 года после Фрондского восстания в Лувре монарху было находиться небезопасно, и поэтому он все больше времени проводил в охотничьем замке, скромном и мало чем примечательным для того времени, построенном еще в 1623 году Людовиком XIII. Но у короля — солнца, за годы своего правления пополнившим государственную казну, сделавшим Францию сильной европейской державой, должен был быть дворец, говорящий о его власти и величии, дворец затмевающий своим блеском резиденции королей других стран, дворец рядом с которым все остальные дворцы будут если не жалкой копией, то бледной тенью. Так под руководством архитекторов Шарля Лебрена и Андре Лентора скромный охотничий замок превратился в беспрецедентный образец роскоши, ставший не только зеркальным отражением культуры и искусства той эпохи, но и прочным фундаментом современной французской эстетики.

Дворцовые покои самого короля, тдекорированные в стиле европейского барокко, символизирующие абсолютную власть монарха, создают атмосферу подавления человеческой натуры изобилием золота и барочных элементов отделки.

После Людовика XIV версальский дворец продолжал сохранять статус загородной королевской резиденции и при Людовике XV и Людовике XVI. Упаднические барочные настроения, которыми были пронизаны залы дворца, тесно вплелись в упорядоченность классицизма и придали дворцу неповторимую нить оригинальности и индивидуальности, протянувшуюся через года и даже века.

Версальские сады, не менее роскошные, чем сам дворец, интересны своей выверенной структурированностью ландшафта, подчиненной строгой математической логике, четкости и правильности линий. На территории парка Версаля располагаются небольшие дворцовые постройки для отдыха и приятного времяпрепровождения, привлекающие своей изысканностью в простоте и уютом.

Версаль — уникальное сочетание абсолютной классицистической истины, воплощенной в идее государственности, с тонкой изящной барочной игрой, дворянской чести, заключенной в подчинении личного счастья интересам страны и воле короля, с искусным женским кокетством, это празднество роскоши и величия, человеческих страстей и сладкой неги.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *